МУЗЫКАЛЬНЫЕ ДОСТИЖЕНИЯ

      Рассматривая произведения джаза, прежде всего необходимо забыть о критериях классической западноевропейской музыки. Джазовая и классическая музыка не являются конкурентами, несмотря на все попытки противников джаза противопоставить их друг другу. Если мы спросим, создал ли джаз что-нибудь подобное симфониям Бетховена или мессе Баха, то ответ будет явно отрицательным. Джаз также не создавал музыки, способной соперничать с традициями классики, за исключением, может быть, оперы. И если мы будем оценивать джаз по стандартам западной классики, то мы можем только констатировать, что джаз произвел на свет ряд хороших мелодий, но не лучше, чем мелодии легкой классической музыки, характерный жанр аккомпанируемой песни в виде вокального блюза, несколько сюит позднеромантического типа, значительное количество формально неконтролируемых, но впечатляющих, разнообразных вариаций на тему и несколько произведений, напоминающих по своей форме фугу или канон. Эти музыкальные достижения ничтожны, если их оценивать с позиции абсолютной, архитектурной музыки.

      Джаз значительно расширил диапазон и технические возможности каждого инструмента, с которым он соприкасался, за исключением струнных. Лишь немногие смогут не согласиться с тем, что большинство джазовых исполнителей - это прекрасные музыканты-виртуозы, значительно превосходящие по технике своих коллег из классической музыки, возможно, за исключением пианистов. Рассматриваю джаз не как новинку, экспериментирующую в области особых инструментальных комбинаций, звуковых оттенков и новых инструментальных возможностей, а как музыку со своими собственными, независимыми достижениями.

      Джаз имеет самостоятельные музыкальные достижения, но не в классической музыке, сами концепции которой совершенно чужды джазу. Это не означает, что джаз не может повлиять на классическую музыку или до какой-то степени не слиться с ней. Наоборот, за последнее время в джазе наблюдается заметная тенденция к этому. Но когда это случится, то эта музыка уже больше не будет джазом, это будет классическая музыка на джазовой основе, подобно тому, как "Кармен" Визе или песни де Фалья рассматриваются как классическая музыка с испанским колоритом. В джазе уже был свой Бизе: опера Джорджа Гершвина "Порги и Бесс" - лучший американский вклад в оперу вообще, имеет такое самое отношение к джазу, как и "Кармен" к испанской музыке. Правда, в джазе еще не появился свой де Фалья, а тем более свой Барток или Мусоргский, но нет никаких причин отрицать такую возможность.

      Общепринятой основой всякого ортодоксального искусства является так называемое произведение искусства, которое будучи однажды создано живет своей жизнью независимо от всего и всех. Если это картина, она просто сохраняется, если это книга, она тиражируется. Музыка и драма всегда исполняются заново, но в нашем академическом представлении это означает только "интерпретацию, по возможности наиболее близкую к оригиналу". Фактически вся история музыкального исполнения состоит из попыток как можно вернее воспроизвести тот или иной оригинал, созданный классиком. Есть люди, которые сожалеют, что в наше время нельзя услышать оригинальную музыку Генделя, поскольку теперь не кастрируют мальчиков. Произведение искусству, получившее высшую оценку времени, мы называем шедевром.

      Джаз не имеет с этим ничего общего. Это искусство не воспроизведения, а создания, и оно существует л ишь в момент самого творчества. Ближайшую параллель джазу мы находим в тех видах искусства, которые никогда не могли избавиться от своих народных истоков. Это, например, сценическое искусство, так как для актеров и большинства из нас всякая драма - это то, что они и их коллеги делают из нее на сцене, переживая каждый раз по-новому. Пьеса, которая не является одновременно действием, средством выражения, всегда мертва. Великая драма, отвратительно сыгранная, есть просто потенциальная драма. А в отношении артистов мюзик-холла или бурлеска это становится еще более заметным: все мы сразу соглашаемся, что творчество Чарли Чаплина - это великое искусство, хотя его содержание, по ортодоксальным стандартам, является незначительным и нехудожественным.

      Именно таким образом функционирует джаз, несмотря на то, что его основной вклад в популярное искусство заключен в комбинации индивидуального и коллективного творчества, которое уже давно забыто в нашей ортодоксальной культуре. Случилось так, что благодаря граммофону результаты этого непрерывного процесса совместного творчества, составляющего жизнь джазмена, были выделены как произведения искусства, своего рода шедевры. Но это не были некие законченные, окостеневшие работы, даже если они были аранжированы. Луи Армстронг, слушая свой вариант "West and Blues" в записи 1928 г., мог бы сказать себе: "Что ж, это была неплохая версия, я буду придерживаться ее, если мне еще придется играть эту пьесу в будущем". А Дюк Эллингтон или Джон Льюис могут сказать о своих записях: "Да, примерно так это и должно звучать". Но если мы послушаем самые разные варианты "West and Blues", "Rockin' In Rhythm" или "Django", когда-либо сыгранные Армстронгом, оркестром Эллингтона или "Modern Jazz Quartet" соответственно, то мы услышим серии новшеств и бесконечных модификаций. Более того, каждая индивидуальная пьеса как для самого джазового музыканта, так и для любителя джаза не является единицей измерения мастерства музыканта. Если и существует такая джазовая единица измерения, то это джем-сейшн, на которой одна пьеса сменяется другой, а джазовый музыкант может свободно выразить всю гамму своих эмоций в течение долгого времени. Непрерывное творчество - это сущность джазовой музыки, а тот факт, что большая часть исполняемого материала оказывается мимолетным во времени, мало беспокоит джазмена.


джаз

продолжение
Гарантия качества, купить стулья киев.